Renome Ежемесячный общественно-политический журнал Реноме
 Powered by LetNick.com

ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ ОБОЗРЕНИЕ
201279
ПРОСМОТРОВ

март 2015

Слово
Резонанс
Факт
Регион
Политика
Экономика
Безопасность
Общество
Спортивный обзор
Театральный обзор
О журнале
Архив номеров
Газета "Закон и порядок"
AVTO-Renome
Редакция
Вакансии
Отзывы и пожелания
Обратная связь

3000 часов под водой

Елена Есаулова


Красноярец Юрий Сергеевич Тарасов известен многим как бизнесмен, успешно работающий в сфере коммунальных услуг — его управляющая компания Юстас обслуживает 89 домов микрорайона Ветлужанка. Но это вторая часть жизни Тарасова, а первая была связана с его большой, еще с подросткового возраста, любовью — водной стихией. Много лет проработал он на Енисее водолазом, и сейчас занимаясь сугубо земными делами, не забывает о проблемах подводного мира.


Ловцы артснарядов

— Я рос в тяжелое послевоенное время, без отца, мама работала допоздна, — рассказывает Тарасов. — Мы жили в частном доме в Николаевке, возле железнодорожного моста. С компанией друзей летом с утра до ночи пропадали на Енисее — купались, загорали. В воде я был как рыба — хорошо плавал и бесстрашно нырял. В то время в Красноярск шли грузовые составы с искореженной военной техникой. Крупные части поврежденных орудий и танков отправляли в переплавку, а мелкие просто-напросто топили, сбрасывая в реку вблизи острова Посадный. Конечно, нам, шустрым пацанам, такой способ утилизации пришелся по душе — мы приноровились вылавливать из воды затонувшие военные «сокровища».

Однажды мне очень крупно повезло — я добыл и притащил домой несколько боевых артиллерийских снарядов. Бабушка моя, не сообразив, что это за болванки валяются, решила их выбросить. И не нашла для этого лучшего места, чем печка, которая в это время топилась. Бросив «мусор» в топку, она отлучилась во двор. Я же, ничего не подозревая, делал уроки. Хорошо, что в тот момент мне пришло в голову уничтожить «двойку» в тетрадке, чтоб от мамы не влетело. Я вырвал листок с «парой» и решил сжечь его в печи. Открыл заслонку — и обомлел. Едва успел вытащить раскаленные металлические снаряды голыми руками из пламени. Думаю, если бы они взорвались, от Николаевки осталась бы только половина.

Послевоенное детство пролетело быстро, Тарасову пришлось рано стать самостоятельным. Семья нуждалась в деньгах, и подрабатывать Юрий начал уже в 14 лет. Когда пришла пора выбирать учебное заведение, недолго думая, решил связать будущее с речным флотом. Он успешно закончил Красноярское командное речное училище как капитан-механик и дополнительно — водолазные курсы. Какое-то время ходил в плавание, а потом, после обучения по курсу подводной сварки и производства взрывных работ в водной среде, перешел на водолазную службу.


Подрывная деятельность

— А чем конкретно занималась водолазная служба?

— Мы проводили различные исследования под водой, поднимали затонувшие суда, вели взрывные работы.

— А что именно взрывали? Подводные лодки потенциального противника?

— Нет, конечно! Например, наша служба расширяла проход для судов в районе Казачинского порога (участок Енисея, в месте пересечения рекой отрогов Енисейского кряжа). Там не очень глубоко — от 5 до 15 м, но стоят огромные скалы, препятствующие движению судов. Мы работали зимой, что называется «со льда», потому что летом в том месте ни одно судно нельзя поставить на якорь — настолько мощное там течение. Перед погружением водолазу приходилось не принимать пищу день–два — сильное течение осложняло подъем, и лишний раз выйти из реки было невозможно, а работать на дне реки приходилось почти десять часов.

— А почему нельзя было менять водолазов?

— Дополнительные передвижения при работе с взрывчаткой чреваты последствиями. Представьте, для того чтобы устроить направленный взрыв скалы, нужно заложить около 20 тонн специальной взрывчатки — так называемый «артиллерийский порох», который был расфасован в мешки двухметровой длины. От каждого мешка наверх тянутся провода от капсулей–детанаторов. Если водолаз поднимается на поверхность, а ему на смену отправляется другой, есть серьезный риск запутаться в этих проводах и спровоцировать взрыв. Вначале специалисты выше и ниже по течению на километр делают микровзрывы для отпугивания рыбы, предупреждают авиадиспетчеров, чтобы они не направляли в этот район самолеты, и только тогда производится взрыв. Дробленый камень при этом взлетает примерно на 120 метров.

— Интересно, как оплачивалась такая рискованная работа?

— В советские времена водолаз получал 130 рублей (инженер — 120). Но взрывные работы оплачивали хорошо: выходило 400—500 рублей.


Золото Колчака

— Юрий Сергеевич, у вас никогда не возникало желание поискать сокровища затонувшего корабля? Находить в глубинах какие-то ценные вещи приходилось?

— Знаете, под водой предметы приобретают совсем другую ценность. Вот, к примеру, обычные очки или авторучка под водой кажутся интереснейшей ценной находкой. Конечно, у меня нет реноме охотника за сокровищами. Но вот золото Колчака искал.

— Успешно?

— Как сказать (смеется). В составе поисковой экспедиции отправились в заброшенную деревню возле Козульки. Якобы генерал Колчак спрятал золото в колодцы той деревеньки. Обследовали два 24-метровых, с 12-ти этажный дом колодца. Один был засыпан — его пришлось вскрывать, второй открытый. Из первого я достал казацкую шашку и походные котелки. Второй сруб колодца из-за тяжести механизма для спуска водолаза стал проседать, спускаться в него было рискованно. На этом экспедиция и кончилась.


Правила жизни

— У вас есть какой-то основополагающий принцип в жизни?

— Есть два правила, которым я всегда стараюсь следовать. Возможно, благодаря им я достиг многого в профессиональном плане. И теперь могу определить квалификацию сварщика, лишь взглянув на то, как он открывает вентиль газовой горелки, а хорошего водолаза — по тому, каким образом он экипируется.

А правила такие. Мой отец всегда говорил мне: «Сынок, запомни две вещи: чтобы в жизни ни случилось — не огорчайся, могло быть и хуже. И второе — если ты учишься чему-то, старайся делать все так, как положено, как правильно». Справедливость слов отца впоследствии подтвердила сама жизнь. Однажды мне нужно было замерить промоину под трубопроводом. Задание для меня простое — две трубы метрового диаметра пролегали на небольшой глубине — всего три метра. Я не стал брать с собой нож, который является обязательной частью водолазного снаряжения. Быстро нырнул, замерил деревянной линейкой глубину промыва, сделал петлю вокруг труб, только начал выходить из-под них, как в баллонах закончился воздух. А ножа, чтобы отрезать сигнальный конец, нет! Какими усилиями я порвал этот капроновый шнур и всплыл — не помню, был почти без сознания. После этого слова отца — «делай все, как положено» я уже никогда не забываю.

Кстати, сегодня во многих фильмах показывают, как любители дайвинга красиво с лодки уходят под воду спиной вниз. Это по технике безопасности категорически запрещено — можно получить травму головы или шеи в момент удара баллона с воздухом об воду.


Водолаз навсегда

— Юрий Сергеевич, как у вас сегодня складываются отношения с водным миром?

— Я прежде всего бизнесмен, и у меня есть различные проекты, связанные с водой. Будущим летом планирую развивать речной туризм в крае. Думаю, что бизнес будет прибыльным, ведь этот вид туризма в Сибири не особенно развит. Ресурсы для реализации планов есть — у меня имеются два теплохода «Ярославец» на 12 мест, они уже оборудованы всем необходимым для комфортного отдыха. Один из них будет ходить недалеко — в районе Красноярска, на втором можно совершать дальние круизы — например, до Игарки. В тех районах есть очень красивые места, отдыхающие смогут видами полюбоваться и, если будет желание, порыбачить.

Каковы мои личные отношения с водной стихией? Несмотря на то, что я давно уже вышел на пенсию, отработав под водой 3000 часов, водолазом останусь навсегда. У меня есть несколько комплектов современного снаряжения для дайвинга, один–два раза в месяц я погружаюсь для поддержания себя в форме. Этим летом планирую обследовать дно Казачинского порога — то место, куда выносит корабли, потерпевшие крушение. Думаю, что опыта для проведения разведки у меня достаточно, хотя там очень тяжелый спуск — сильное течение и сложный рельеф дна.

Знаете, погрузившись хотя бы один раз в подводный мир, человек получает невероятные ощущения и большую порцию адреналина.

Стать любителем и наблюдать красоты прозрачных водоемов сегодня может практически любой человек. Но для того, чтобы стать профессиональным водолазом, нужно иметь способности, характер и, главное, — любовь к подводной стихии. Думаю, что она сохранится у меня на всю жизнь.