Renome Ежемесячный общественно-политический журнал Реноме
 Powered by LetNick.com

ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ ОБОЗРЕНИЕ
201285
ПРОСМОТРОВ

март 2015

Слово
Резонанс
Факт
Регион
Политика
Экономика
Безопасность
Общество
Спортивный обзор
Театральный обзор
О журнале
Архив номеров
Газета "Закон и порядок"
AVTO-Renome
Редакция
Вакансии
Отзывы и пожелания
Обратная связь

НЛО на сцене «Пушки»

Елена Щуплева


В рамках юбилейных торжеств, посвященных 160-летию со дня рождения прославленного земляка, выдающегося мастера русской исторической живописи Василия Ивановича Сурикова, в драмтеатре имени Пушкина прошла премьера чеховской «Чайки» в интерпретации большого оригинала – режиссера Олега Рыбкина.


В качестве пролога ознакомимся с комментарием к постановке пресс-службы театра: «Эта премьера — неординарное событие в театральной жизни города, поскольку показывает, что Красноярский театр им. А.С. Пушкина идет в ногу со временем и находится в общем театральном процессе. …Искусство постоянно занимается поисками новых смыслов классических текстов, заставляя зрителей соотносить героев с собой и сегодняшним днем. Олег Рыбкин не стал менять или дописывать текст, перекраивая его на новый лад, а просто увидел героев пьесы глазами человека ХХl века. Молодые герои спектакля Нина Заречная и Костя Треплев приходят к финалу и роковому выстрелу, пройдя свой путь от юного бунтарства и желания разрушить старые формы, к рутине и глянцевому благополучию «успеха». Театральный блеск принимается Ниной Заречной за суть актерской профессии, а каторжный труд, о котором с мучительной болью говорит Тригорин, за кокетство известного писателя. В финале спектакля на экране появится череда прекрасных женских лиц великих актрис XX века от Одри Хепберн до Мерилин Монро, прошедших свой путь к славе через неудачи и потери. Нине Заречной никогда не встать в этот ряд, но и понять ей этого не дано». Как все прилично и благородно! Однако в интервью новостным СМИ сразу после премьеры режиссер и ведущие актеры, занятые в этом спектакле, наперебой стали доказывать журналистам: мол, спектакль вызывающий, но не пошлый (а кто, собственно, говорил о пошлости?), есть ограничения по возрасту, но они излишни (зачем тогда ограничивали?). Чтобы взглянуть на чеховскую «Чайку» по-новому, нужно избавиться от стереотипов (каких именно и что подразумевается под «стереотипами»?). Вопросов больше, чем ответов.

Пожалуй, главный вопрос, который хочется задать режиссеру, — почему для воплощения на сцене эротических фантазий выбран Чехов? Мало современных пьес, фонтанирующих интимными сценами? Предчувствовал, видимо, Антон Павлович вольные трактовки и помечал ремарками действия героев. Да на что нам, современным людям, указания классика? Но перейдем, собственно, к высоким идеям, которые так «искусно» воплощены в спектакле.

Начинается он с кокетливой демонстрации голого (пардон!) зада. Смею предположить, что таким образом Медведенко (Евгений Атавин) завлекал свою возлюбленную — Машу (Екатерина Соколова). И ведь знал, на что «подцепить» девушку! Современная Маша таки ответила ему взаимностью, хотя и не поддержала его натуралистического дефиле, появляясь на сцене в черном купальнике. Чем вызывала у Медведенко разочарованный вопрос: «Отчего вы всегда в черном?». По представлениям режиссера, Маша — весьма любвеобильная девушка, ведь по количеству эротических сцен с ней не сравнится никто из героев спектакля. Сначала она набрасывается на старика Дорна (Василий Решетников) с признанием в любви к Треплеву (!), потом лобызается с Тригориным и только потом выходит замуж за Медведенко. Опыт, понимаешь, сын ошибок трудных…

Человек XXI века живет быстро. И Треплев (Владимир Пузанов), объясняясь в любви Заречной (Ольга Белоброва), не тратит времени на романтические глупости. Он, как современный мачо, решительно и упорно пытается стащить с нее юбку. Так ведь принято сегодня? Да и где нынче, к слову сказать, найти в наших исхоженных туристами краях тихое озеро? Заречная решает проблему кардинально: о том, что угасли «люди, львы, орлы и куропатки» она размышляла в баке с водой, подобном тем, что стоят у каждого дачника в огороде, плескалась, щедро поливая сцену водой. Ее, кстати, в спектакле много, и в связи с повышенной влажностью все ходят в резиновых сапогах, а Медведенко — вообще в болотниках.

Но это еще цветочки, а вот в шок меня повергло любовное признание Полины Андреевны (Светлана Ильина) доктору Дорну. Режиссер решил, что слова излишни, а в самый раз будет престарелой Полине Андреевне лечь на пол, задрать юбку и раздвинуть ноги. Нет, это, конечно, не пошлость, это «новый смысл классического текста». Ведь Дорн у Чехова — акушер, и его ничуть не смутило то, что бабушка пришла к нему на прием, а заодно и в любви призналась.

Фантазийным своеобразием отмечена и другая любовная сцена — Аркадиной (Людмила Михненкова) и Тригорина (Яков Алленов). Признание в любви обставлено в духе садо-мазо, с плетками и связыванием Бориса Алексеевича. И эта, говоря без иронии, пожалуй, единственная подлинно эротическая сцена!

В антракте между первым и вторым действиями я услышала, как заядлый театрал делился впечатлением, с которым согласна: «Актер – марионетка, даже раб в руках режиссера. И каким бы он ни был талантливым, успех или провал его в спектакле зависит от гениальности или бредовости режиссерских идей. Остается надеяться лишь на благосклонность к артисту капризной фортуны…».